Во дворах

[thurbo]

До определенного возраста дети просто играют вместе - сначала в песочнице, потом в прятки, кошки-мышки и выбивного, потом начинаются карты и иногда даже шахматы.
И часто мальчики и девочки играют вместе, разве что в дворовой футбол девочек могут не брать.

А потом - упс - и девочка стала девушкой, она уже может ходить на дискотеки и свидания. Типа еще вчера она играла во дворе в дурака или дворовой настольный теннис, а сейчас уже те мальчики, с которыми она вчера гуляла, ей не ровня и часто недостойны её.

***
И вторая итерация - к более взрослому возрасту, если постоянной пары всё ещё нет, то происходит ли некоторое снижение планки? Или "нет любви - ну и не надо".

Comments

[thurbo]

В то, что мысли и чувства имеют значение, может быть даже и большее чем действия, поверить как раз легко. А то, что мысли не видны другому человеку - Бог видит всё.
Сложно поверить именно в разовую метанойю (в постепенную - проще), в то что человек не декларирует перемену ума (то есть alignment'a), а действительно делает. Потому что на 1 случай реальных перемен - 100 деклараций.

О том, что последствия действий вот так не отменишь, разговор отдельный.

[gorgulenok]

Разовой метанойи от кающегося совершенно не требуется. На исповеди человек не дает обещания больше не повторять свой грех (более того, такое обещание само по себе было бы грехом гордыни). Делает он другую вещь: фиксирует свое понимание, что был неправ, сожаление о том, что был неправ, и желание больше так не поступать. Это не значит, что свое желание он сможет выполнить. Хорошо, если сможет, но чаще всего у него так сразу не получится.

Не получится - не значит, что это пустая декларация.
Потому что постепенная метанойя (вот та, в которую тебе проще поверить, и ты прав, это абсолютно реальная штука) управляема, и в христианстве знают, как ею управлять.

Обычно человек на исповеди годами повторяет священнику одно и то же: согрешил тщеславием... ленью... гневом... гордыней... унынием... Он кается, а потом делает то же самое, и священник снова отпускает ему такой же грех. Но фишка в том, что постепенно человек при этом меняется. Он начинает ловить себя на греховных мыслях и останавливать, пока они не перешли в действия, сначала на самых крупных и очевидных, а потом все более мелких. Если пять лет назад его гнев, например, проявлялся в том, что он сразу, чуть что не по его, начинал на всех орать, то теперь он так себя ведет только когда тема очень уж триггерная. А еще через три года перестает вообще. А еще через два - и желания такого никогда не возникает.
У Улицкой в "Медее" это так описывалось: "Она знала за собой это неприятное качество - обидчивость, и, так давно с нею борясь, не замечала, что уже долгие годы ни на кого не обижается".

Среди моих знакомых довольно много христиан, я вижу этих людей годами - и вижу, что грехи, которые они осознают за собой и в которых каются, действительно постепенно сходят на нет.
Засада с грехами, которые человек не замечает за собой или, хуже того, считает чем-то хорошим.